После награждения на одной из ежегодных городских спартакиад в родном Омске, где мне удалось стать победителем в плавании на 50 метров, ко мне подошел мой первый и единственный тренер Геннадий Петрович Ющенко. Рядом с ним был седой, невысокого роста человек, представившийся Евгением Михайловичем Житновым, руководителем Омского клуба Моржей. Мы познакомились, и Евгений осторожно поинтересовался, смог ли бы я также быстро проплыть те же пятьдесят метров, но в воде чуть попрохладнее, температурой эдак в полтора – два градуса по Цельсию! Так как это одновременно оказалось и настойчивой просьбой моего горячо любимого тренера, шансов отказаться у меня не было изначально…
В ходе следующей встречи мне стали известны некоторые любопытные детали из биографии Евгения Михайловича. На тот момент ему исполнилось уже 76. Он не пропустил ни одного из стартов Сибирского международного марафона, основанного когда-то омичами, и проходящего в Омске с огромным успехом уже более четверти века. И что моржует Михалыч уже 49 лет, с момента основания Омского клуба моржей на Зелёном острове. Занятный факт, когда в честь открытия Сочинской Олимпиады в 2014-м году, он поочередно вместе с группой омских Моржей и бегунов-марафонцев добежал за две недели из Омска до Сочи. А это около 3700 км! Также он пишет прекрасные стихи и вообще личность крайне оригинальная. Так вот, по его мнению, проще из пловца сделать Моржа, нежели наоборот. Тем более, что в ближайшие две недели нужно срочно сформировать полноценную команду к Открытому кубку Тюмени по зимнему плаванию, который должен состояться в декабре 2015-го года. Иными словами, мне за месяц надлежало привыкнуть к ледяной воде, не теряя при этом скоростных качеств. Для человека, никогда до этого не моржевавшего, который в своей жизни холоднее «эскимо» ничего не встречал, задача предстояла крайне сложная. Но подводить своего тренера и команду зимних пловцов мне хотелось меньше всего, поэтому я дал согласие на участие в этих необычных соревнованиях.
Тщательно спланировав оставшееся время, я начал плавно «входить в холод». Наступил ноябрь. В Омске замёрз Иртыш. После чего на открытии зимнего сезона мы выпилили изо льда дорожку длиной 25 и шириной около двух метров. С диким ужасом погрузившись впервые в ледяную воду с головой, я понял, что точно никогда не смогу проплыть ни единого метра. Евгений Михайлович успокоил меня, что все именно так и начинали и, что через пару недель наступит адаптация и привыкание. Надо сказать, что в клубе Моржей был удивительный командный микроклимат. Думаю, что сама экстремальность изначально предполагает особое отношение друг другу, а тем более к таким, как я. Каждый пытался подбодрить словом, советом, делился своими маленькими секретами. Например, что нужно делать, чтобы руки не прилипали к металлическим ледяным поручням; как нужно правильно дышать и отогреваться, как делать старт и многое другое. С мыслью о том, что мне необходимо более тщательно подойти к периоду восстановления, я уехал в длительную служебную командировку в Сочи.
Вернулся в Омск я за несколько дней до отъезда в Тюмень. О какой-то системной работе говорить уже не приходилось. Совершив несколько пассивных погружений в зимний Иртыш, мы командой из Омска в количестве восьми человек выехали поездом на соревнования в Тюмень. Организованы соревнования были на спортивной базе «Олимпийская ребячка» в сорока километрах от Тюмени. Проживание, питание, досуг были выше всяких похвал. Но главным и наиболее показательным для меня стал спортивный дух экстремалов, способных на многое, с присущим им чувством юмора, благородством и уверенностью в себе.
Программа была рассчитана на два дня - с 12 по 13 декабря. В первый день стайеры плыли 450 метров, во второй – короткие дистанции: брасс, кроль, 25 и 50м, 250м вольным стилем и смешанные эстафеты 4х25м. Температура воды +1,5 градуса по Цельсию! В соревнованиях принимали участие 34 российские команды из различных регионов страны и 14 иностранных стран-участников. Всего - более трёхсот спортсменов. Были даже представители ЮАР, Аргентины, Бразилии и Израиля, где подобные температуры, как мне казалось, возможны, пожалуй, лишь только в местных холодильниках… Первый мой заплыв – 25 метров брассом. По положению о соревнованиях, старт принимается из воды. Спустившись в воду по обледенелой лестнице и, встав ногами на деревянный помост, четверо участников заплыва, находясь по горло в воде, напряжённо ждали стартового сигнала главного судьи. В предстартовой лихорадке я забыл про холод и мечтал только об одном – поскорее включиться в борьбу. Раздался свисток и после нескольких секунд дистанции вдруг почувствовал необычный жар в онемевших от холода чреслах и неожиданный прилив сил. Всё остальное – уже дело техники, которая пока еще, к счастью, осталась. Пришёл я тогда первым. После заплыва мы сидели в бане и оживлённо обсуждали все нюансы ледяной схватки. Затем – ещё две дистанции, которые прошли намного проще, уверенней и успешней. Не покидало чувство приобщения к ранее незнакомой и таинственной субкультуре экстремалов. К слову, меня окружали люди, участвовавшие во многих зимних и летних длительных заплывах, вплоть до суточных. С удовольствием шлифовал свой английский с чужестранными пловцами. Договорились встретиться на будущих зимних чемпионатах.
Апофеозом соревнований, конечно же, стала командная комбинированная эстафета, которая проходила уже поздно вечером при свете многочисленных прожекторов. Крик болельщиков раздавался такой, что, думаю, нас слышали даже пингвины Антарктики далеко за пределами тюменского озера. В нашем заплыве команда Омских Моржей была первой. Затем во вместительном спортзале состоялось награждение, дружеский торжественный ужин, танцы и всё такое. В итоге команда из Омска завоевала третье общекомандное место. Евгений Житнов в своей подгруппе стал неоднократным победителем. Там присутствовало неожиданно много позитива. И, пожалуй, самым главным для меня стало то обстоятельство, что был сделан выбор дальнейшего занятия этим видом спорта, дабы не забыть тот «минусовой кайф» соприкосновения с будоражащей кровь ледяной водой…