Историю, которую я хотел бы вам рассказать, первоначально предполагалось излагать от третьего лица, так как всё происходящее в ней, очень личное и свежее, не предназначенное для многочисленного читателя. Но после консультаций на семейном МИДе было принято решение о более доверительной трактовке от первого лица и минимальном искажении фактов. Что, прямо скажу, оказалось очень непросто… Итак, дело было около двадцати пяти лет назад…
Надо сказать, что к моменту начала повествования мне пришлось уже некоторое время «порулить» на руководящих должностях, включая проектную организацию, банки и различные общественные объединения. Попутно, кроме технического образования, получить и финансово-экономическое образование.
Так вот в одно прекрасное утро меня вызывают в «высокий кабинет» для того, чтобы предложить возглавить филиал одной из ведущих в нашей стране нефтяных компаний. Надо сказать, что в нашем городе одна нефтяная компания на тот момент уже была, и создания сильного конкурента в своей вотчине очевидно не предполагал никто. Ибо по определению это даже уже не наглость, а нечто более специфическое. Со свойственной на тот период жизни легкостью я согласился, потому, как в голове после теплых лучей скорой славы начали появляться замысловатые классические финансовые схемы из журнала «Economics». В мозжечке зашевелились макроэкономические показатели России. И я плавно включился в изнурительный процесс расчёта волшебного нефтяного бизнеса. В моём мозгу забил нефтяной фонтан алчности и тщеславия.
После того, как я оказался на улице, мне уже стало немного грустно смотреть на проезжающие мимо, ещё совсем недавно такие «крутые» иномарки, на снующий куда-то деловой народ и даже на заходящие на посадку сверкающие авиалайнеры. Очень хотелось им крикнуть, что до настоящего мгновения жизнь их была сера и никчемна, была тупа и дико нерентабельна. И что, по крайней мере, с завтрашнего утра у них всё будет иначе. Ибо при моём непосредственном участии начнётся невообразимый экономический подъём каждого хозяйствующего субъекта в отдельности одновременно с долгожданным процветанием моей России. Так думал я…
Утром, придя на новое место работы, мне пришлось с удовлетворением отметить техническую оснащённость офиса, заботу секретаря, профессионализм личного состава. Уже через короткое время раздался телефонный звонок, и на связь со мной вышел вице-президент нашей компании, который поздравил меня с назначением и сообщил, что мне в управление переданы нефтепродукты объемом в 250 тысяч долларов и что мне надлежит в течение месяца реализовать всё это для получения более значительных ресурсов. Потом откуда ни возьмись, появились они. Эти самые. Так называемые «бизнесмены».
Все они были сделаны, словно из-под копирки. Холёные, ароматные, упакованные, а самое главное – беспроблемные и всемогущие. В связи с отсутствием иных, мне пришлось вести переговоры об условиях поставки нефтепродуктов и финансовой стороне сделок, в том числе и с ними. Не скажу, что мне доставляло огромное наслаждение общение с ними, но посоветоваться в тот момент было не с кем. А потому пришлось на свой страх и риск, ежеминутно оглядываясь на свою измученную интуицию, вести «деловые» переговоры со странными полукриминальными будущими партнёрами.
После очередной встречи я почувствовал себя порядком подуставшим и решил, как обычно, съездить в наши местные «сандуны» на Октябрьской для приведения своих мозгов в боевую готовность. И вот только я начал переодеваться в раздевалке, как до меня донеслись голоса и звуки, после осознания которых, шерсть на моём загривке встала дыбом.
Надо сказать, что номера сауны имеют общую тонкую гипсокартонную перегородку, через которую я и услышал знакомый тембр клиента моей фирмы – Игоря Прыгунка. Странно, но бархатный баритон его собеседника был до изжоги похож на голос местного воротилы от бизнеса. Хотя поначалу, я был уверен, что ошибаюсь.
– Пора швырять этого лоха! – с повизгиванием начал Прыгунок.
– Я его слишком долго пас, чтобы он смог остаться сухим, – вторил ему собеседник.
Когда стало понятно, что соседи говорят обо мне, пришлось поближе придвинуться к стенке.
– Всучу-ка я ему, конкретно, липовый фуфел в виде векселя. Пусть хавает, – продолжал Игорёк. И так далее, и тому подобное…
Поняв, что Бог в очередной раз оберёг меня, я немытый и погрустневший двинулся по направлению к зданию невеселого цвета, потому как мне ничего не оставалось, как подтвердить свои безрадостные сомнения в компетентных органах. Где меня проинформировали, что за этими аферистами числится весьма значительное количество, к сожалению, не доказанных фактов их биографии. И что, если бы мне удалось каким-то образом наказать этих фраеров, то у силовых структур ко мне не осталось бы никаких вопросов, и более того, даже появилась бы профессиональная гордость и уважение. Вот так. Ни больше и ни меньше.
Придя домой и, поняв, что меня элементарно хотят кинуть, я попытался найти выход из этой ситуации. «Договор заключен, подписи поставлены, коньяк распит. Что делать?» – думал я. В голову лезли сюжеты из детективов и боевиков с погонями, стрельбой и жутким мордобоем. Но ничего вразумительно реалистичного на ум не шло.
Укладываясь с тяжёлым сердцем в постель, услышал телефонный звонок. Это звонил мой старинный приятель Дмитрий, работающий в крупной западной нефтяной компании, занимающейся поставками бензина в страны Латинской Америки, приехавший ненадолго в Омск по делам. Мы условились о встрече…
На следующее утро, встретившись и рассказав ему о своих опасениях относительно новоиспечённых партнёров, мой товарищ, расценив ситуацию как стандартную, тем не менее, заметил, что с прослушкой разговора в бане мне очень повезло. Предложил слегка поменять акценты и проучить ребят методом клизменно-очистительной экономтерапии.
К слову, узнав о посещении нашего города представителем крупнейшей западной нефтяной корпорации, региональные власти живо отреагировали на это и пригласили его в качестве почётного члена на заседание региональной топливно-энергетической комиссии, само собой, осветив это должным образом во всех средствах массовой информации. Таким образом, местные воротилы нефтяного бизнеса только и мечтали о том, как бы им пообщаться с этим человеком.
И вот, в назначенное время у меня в кабинете состоялась так называемая деловая встреча с моими «партнёрами» по детализации сделки и условиям договора. Никогда не забуду то чувство неприязни к ним, когда глядел на их маслянистые бегающие глазки и обворожительно-сладостные речи, сулящие моему предприятию и мне лично баснословные барыши. В это самое время, в кабинет заходит мой секретарь и, округлив от недоумения глаза, срываясь на фальцет, говорит, что в приемной дожидается полномочный представитель крупнейшего европейского нефтяного концерна - мистер Зильбернудель.
Компаньоны дружно заржали, но когда в кабинет плавно и не торопясь вошел Дмитрий, лица мошенников вытянулись, глаза заслезились, уперлись в пол, и на узких лбах выступила испарина.
– Мне нужен генеральный директор этого предприятия Игнат Ильин, – сказал он.
– Ваш покорный слуга, – прошептали мои губы, слегка побледнев для пущей искренности.
– Я прошу прощения, но через два часа у меня самолет в Ганновер, а я должен выполнить одно очень важное поручение моих деловых партнеров, – вкрадчиво произнес он.
– Возможно ли мне говорить дальше и не помешаю ли я вашей деловой беседе?.. – светя белозубой улыбкой, продолжил он.
– Нет, нет… – опередил я его.– Вы можете говорить всё то, о чём посчитаете необходимым, так как здесь находятся очень доверенные и преданные мне люди.
– О кей,– щёлкнул он пальцами.
– Тогда распишитесь в получении письма, – пробасил он и протянул мне продолговатый пакет серого цвета.
Развернув конверт и начав читать, я про себя отметил профессионализм и остроумие мистера Зильбернуделя, потому как сам формат текста и антураж предложения с фирменным бланком и подписями указывал на то, что, судя по всему, визировал его человек, помимо прекрасного чувства юмора, имеющий в собственности немало нефтяных месторождений. «Партнёры» замерли, и тела их от напряжения вытянулись в струнку
Выдержав паузу, и слегка наморщив лоб, я промокнул его носовым платком, аккуратно сложил очки в футляр и начал монотонно в пустоту:
– Здесь предложение о сотрудничестве в качестве опорного региона по реализации межправительственных решений России и Объединенных Арабских Эмиратов, а также крупнейшего нефтяного концерна Европы и Центральной Америки. Помимо этого говорится о том, что город наш выбран не случайно, ибо в свете решения ООН по преодолению экономических границ, принято решение о консолидации нефтяных потоков крупнейших мировых держав с дальнейшей прокладкой трансконтинентального трубопровода через нашу область…
Я продолжал бубнить, не узнавая свой собственный голос:
– И в случае подписания этого соглашения, нам предлагается, наряду с крупнейшими мировыми производителями нефтепродуктов, стать одним из членов-участников вышеназванного проекта с определением представителей от нашей стороны и заняться формированием суммы обязательного первоначального взноса…
В кабинете повисла гробовая тишина, которую разорвал скрип открывающейся двери. Вошла моя секретарша с очумелым видом, неся перед собой скрученный факсимильный листок.
– Это из Вашингтона! Только что… – прошептала она.
– Да, да. Здесь подтверждение из моего головного офиса. Поэтому, если нет серьезных возражений, ставьте подпись и я поехал в аэропорт, – подвёл итог своему посещению Дмитрий.
Быстро уладив все формальности, мы попрощались с Димой. Проводив его до двери и многозначительно пожав его мужественную руку, я вернулся за стол переговоров.
– Это чистый пшиздец, переходящий в оффшуенное зашиздись… – изменившимся голосом на чисто русском языке наконец-то глухо промолвил один из «бизнесменов».
И тут началось!.. Они повскакивали со своих мест, начали бегать, орать что-то невообразимое и хлопать меня по плечам. Длилось это минут десять. На мои попытки успокоить их и объяснить, что это пока ещё лишь только намерения, что потребуются существенные финансовые вливания с нашей стороны. Что предстоит ещё большая подготовительная работа, прежде чем проект вступит в стадию стартапа. В ответ слышалось лишь только утробное похрюкивание и довольное урчание.
Мои предостережения были сродни сухому кашлю аквалангиста в пустыне. Откуда-то вдруг появилась бутылка коньяку, другая, закуска, фрукты, и все начали, потирая ладони, стремительно напиваться.
Через какое-то время в парах спиртного «неожиданно» повис вопрос:
– О какой первоначальной сумме шла речь в контракте?
Я ответил, что для первоначального взноса необходимо перечислить пятьсот тысяч американских долларов на счёт координатора проекта в Сан-Франциско. После чего нам, как одному из участников проекта, будут переданы привилегированные акции на данную сумму.
На следующее утро стоянка возле нашего офиса напоминала североамериканскую выставку автосалона в Торонто. Судя по автомобильным номерам, съехались представители «деловых» кругов со всего СНГ. Все наперебой и торопливо складывали пакеты внушительных размеров, которые через десять минут начали просто сваливаться со стола на пол. Короче, под утро после тупой и бурной ночи, после подсчёта денег, выяснилось, что собрано было 670 тысяч долларов, три японских джипа, золота и камней всего в объёме около одного миллиона американских долларов.
Вот и всё…
Мне было искренне жаль этих людей, но виноваты в своей неуемной жадности были они сами.
На вырученные деньги в городе был построен детский спортивный клуб – мечта всех городских мальчишек. А на оставшуюся сумму мне просто пришлось ретироваться далеко-далеко, в качестве полномочного представителя малоизвестной африканской нефтяной корпорации, в одну из развитых субтропических стран для понимания и созерцания нашего бренного и быстроменяющегося мира…
Такая вот, понимаете, чудесная история имела место быть в нашем провинциальном городке…