«Где-то за горой плоти удрученно спотыкалось сердце. Постанывала от напряжения печень. Земля была покрыта белёсым соляным слоем. Некогда изумрудно-свежая трава пожухла и покрылась инеем.»
Петрович проснулся с похмелья в холодном поту. Страх увиденного во сне сковал все его члены.
- Опять мерещится какая-то жуть, - угрюмо подумал он.
- Надо с этим что-то делать. Ведь я же сильный человек. Попробую меньше спать...
Мужчина открыл глаза. Повёл носом. Затем, кряхтя, свесил ноги и, привычно забросив папиросу в угол рта, чиркнул спичкой и закурил. За серым от пыли и грязи окном падал удивительной белизны первый снег.
- Кажется, скоро зима, - обреченно и глубокомысленно подумал человек.
- Надо похмеляться. Пора…
Эта ежедневная привычная мысль придавала рутине жизни некую одухотворенность и смысл.
Выйдя на улицу, мужчина отметил, что его пса на дворе не видать и ошейник Трезора почему-то мокнет в миске с водой. Петрович направился к дому Кузьмы, с которым они весело и с пользой проводили последние лет десять - двенадцать. С тех самых пор, как жёны бросили их и перебрались в центральную усадьбу к своим молодым полюбовникам.
Пройдя метров сто по пустынной улице заброшенной деревни с зычным и жизнеутверждающим названием «Энтузиасты», он услышал рёв мотора и резкий возглас председателя сельсовета Никодимыча.
- Петрович, задержись на минуту. Пока трезвый.
Мужик остановился и окинул главу поселения недобрым взглядом обиженного понапрасну человека.
- Чего тебе? Спешу я. По делам, - раздражённо сквозь зубы процедил Петрович.
- Да знаю я твои дела. Ладно. Такая ситуация. В мире возникла, эта, пандермия коронного вируса. Мы должны обеспечить карантинные мероприятия. Чтоб не заболеть, в общем.
У Петровича от такого обилия новых слов постепенно начали наливаться кровью и вылезать из орбит глаза.
- Короче, вот тебе инструкция. Завтра приедет к нам ветеринар - вирусолог. Чтоб всё было готово.
Петрович, смачно сплюнув под ноги, пробубнил:
- А чего ж ветеринар-то? Мы вроде пока ещё люди? Или ты так не считаешь?
- Времени дискутировать нету. А для вас и ветеринара много. Пьёте, как скоты. В деревне осталось всего-то три, пока живых человека, да коза с курями. Так что, вперёд. Не подведите. Вопрос политический, требующий тщательного подхода. Я в контору. Затем - в усадьбу. Выполняйте приказ. Пока.
После этих слов Никодимыч сел в свой видавший виды мотоцикл «Урал» и, резко газанув, помчался по единственной в деревне разухабистой дороге.
Петрович некоторое время смотрел ему во след. Когда тот скрылся за пригорком, он, кряхтя и беззлобно матерясь, двинулся к своему соседу.
Кузьма только что встал. Выпил огуречного рассолу и трясущимися руками смастерил самокрутку. Когда Петрович ввалился в избу, Кузя, глубоко затянувшись, выпустил густое облако самосадного дурмана.
- Кузьма, будь здрав. Разговор есть.
Мужик достал из кармана вчетверо сложенный листок бумаги. Разгладил его на коленке, зачем-то слюня ладони. Затем они оба настороженно начали вслух читать содержимое листовки.
«Граждане! Во избежание пандемии коронавируса вам надлежит соблюдать меры предосторожности. Находиться друг от друга на расстоянии не менее полутора метров. Быть в медицинских масках и перчатках. Мир в опасности! В ваших силах его спасти!»
Прочитав написанное, мужики переглянулись.
- Чо за хрень, - начал Петрович.
- Отодвинься, - брезгливо и с опаской произнёс Кузьма.
Затем обсудив ситуацию в стране и обменявшись мнениями, односельчане налили самогонки, и
выпили за мир во всем мире. В их головах постепенно начал наводиться конституционный порядок. После чего, они уже не торопясь приступили к обсуждению спасения планеты от ужасного гриппа...
На следующий день в центральной усадьбе царило небывалое оживление. Готовился выездной инспекторский десант в деревню «Энтузиасты». Пришла директива об оказании помощи по линии минздрава, начиная с удалённых северных районов Омской области.
Таким образом, представительная комиссия во главе с директором департамента здравоохранения собиралась выдвинуться в деревню.
- Надеюсь, Пётр Никодимович, у вас там всё готово и соответствует текущему моменту? - грозно спросила начальница Ирина Сыромятина погрустневшего главу поселения.
- Да, конечно. Занимаются лучшие и самые энергичные кадры. Обладающие должным опытом и выстраданным политическим настроем, - витиевато прошепелявил пересохшими губами Никодимыч.
- Вот и ладно. Заодно попью у вас свежего козьего молочка с моим любимым сыром и творожком, - подытожила, украдкой глотая слюну, областная руководительница «местного здоровья».
Через час изнурительной езды по «убитым дорогам», комиссия на въезде в деревню сначала услышала надрывное козье блеяние, а затем собачий лай, переходящий в душераздирающий волчий вой.
Затем появились надписи, вымазанные хлоркой на заборе весьма странного содержания. «Хендехох!», «Полтора метра и ни сантиметра меньше!», «Маска, перчатка и Мир в порядке!» и, наконец, «Сопли из носа - поддержка мировым империалистам!».
Озадаченные чиновники активно вертели головами, не успевая прочесть актуальные антивирусные перлы.
Когда же они въехали на гору, то посреди улицы увидели огороженный колючей проволокой участок земли. В центре которого стояла ванна, наполовину наполненная хлоркой, в которой находилась привязанная к ближайшей изгороди, обезумевшая от дикого ужаса коза. По истошному крику домашнего животного было понятно, что здесь всерьёз взялись за борьбу с китайским вирусом.
Из-под колёс выпархивали, как ошпаренные, курицы с нарисованными красными крестами на крыльях. Отчего они очень напоминали разлетавшиеся в разные стороны со времен войны - фашистские мессершмитты.
Ну, и апофеозом коронавирусной пандемии, в местном её понимании, стала немая сцена у крыльца сельсовета.
Прямо на траве стоял стол. За ним, напротив друг друга сидели два человека. Оба в белых халатах. На их лицах были надеты, предположительно сделанные из простыни, условно белые повязки. У одного из санитаров на лбу был нарисован красный крест, у другого - SOS. На рядом натянутой простыне было написано: «1,5 метра».
Перед ними - четверть самогона, на которой значилось: «Стерилизатор заразного Кавида» и два гранёных стакана. Рядом сидел Трезор, олицетворяющий то ли грозную собаку-поводыря, то ли четырёхлапого минёра-пограничника.
После всего увиденного, решив не испытывать более судьбу, «Волга» с членами комиссии, резко развернувшись, на огромной скорости помчалась обратно в райцентр. И было лишь слышно, как в открытое окно Ирина Сыромятина, вперемешку с отборными матами, оживленно приглашала председателя сельсовета завтра с самого утра к ней на подведение итогов выездного оперативного совещания.
План антивирусных мероприятий в отдельно взятом населённом пункте глубинки России был успешно завершён…